Этиология терроризма


Автор: Эммануэль Леруа

Я начну с сути вопроса: ясно, что большинство терактов, совершенных на свете с конца минувшего столетия, причисляют себя к тому же главному, если не единственному, движению: Ислам. На самом деле, я никогда не слышал о никаких православных или католических терактах. С этого пьеса может начаться, занавес театра открывается, хотя кто в пьесе играет – пока не известно. А кто автор пьесы, кто режиссёр, кто продюсер, кто помогает за кулисами, кто занимается звуком, светом и спецэффектами, особенно спецэффектами – также не известно.

Так, допустим, что Ислам – самый главный переносчик терроизма в мире. Но о каком Исламе идёт речь? А кто действительно дёргает за ниточки марионеток, которыми постоянно махают у нас перед глазами? Я имею ввиду Бен Ладена, Ал-Кайду, Ал-Носру, ИГИЛ, Даэш, Боко-Харам…

Чтобы всем стало ясно о том, кто настоящий коммандитист этих террористических организаций, я хотел бы вам прочитать этот отрывок из Нью-Йорк Таймс 23-го января 2016-го года :

“When President Obama secretly authorized the Central Intelligence Agency to begin arming Syria’s embattled rebels in 2013, the spy agency knew it would have a willing partner to help pay for the covert operation. It was the same partner the C.I.A. has relied on for decades for money and discretion in far-off conflicts: the Kingdom of Saudi Arabia. Since then, the C.I.A. and its Saudi counterpart have maintained an unusual arrangement for the rebel-training mission, which the Americans have code-named Timber Sycamore. Under the deal, current and former administration officials said, the Saudis contribute both weapons and large sums of money, and the C.I.A takes the lead in training the rebels on AK-47 assault rifles and tank-destroying missiles. The support for the Syrian rebels is only the latest chapter in the decadeslong relationship between the spy services of Saudi Arabia and the United States, an alliance that has endured through the Iran-contra scandal, support for the mujahedeen against the Soviets in Afghanistan and proxy fights in Africa. Sometimes, as in Syria, the two countries have worked in concert. In others, Saudi Arabia has simply written checks underwriting American covert activities. The joint arming and training program, which other Middle East nations contribute money to, continues as America’s relations with Saudi Arabia — and the kingdom’s place in the region — are in flux. The old ties of cheap oil and geopolitics that have long bound the countries together have loosened as America’s dependence on foreign oil declines and the Obama administration tiptoes toward a diplomatic rapprochement with Iran. And yet the alliance persists, kept afloat on a sea of Saudi money and a recognition of mutual self-interest. In addition to Saudi Arabia’s vast oil reserves and role as the spiritual anchor of the Sunni Muslim world, the long intelligence relationship helps explain why the United States has been reluctant to openly criticize Saudi Arabia for its human rights abuses, its treatment of women and its support for the extreme strain of Islam, Wahhabism, that has inspired many of the very terrorist groups the United States is fighting. The Obama administration did not publicly condemn Saudi Arabia’s beheading this month of a dissident Shiite cleric, Sheikh Nimr al-Nimr, who had challenged the royal family. Although the Saudis have been public about their help arming rebel groups in Syria, the extent of their partnership with the C.I.A.’s covert action campaign and their direct financial support had not been disclosed. Details were pieced together in interviews with a half-dozen current and former American officials and sources from several Persian Gulf countries. Most spoke on the condition of anonymity because they were not authorized to discuss the program. From the moment the C.I.A. operation was started, Saudi money supported it. “They understand that they have to have us, and we understand that we have to have them,” said Mike Rogers, the former Republican congressman from Michigan who was chairman of the House Intelligence Committeewhen the C.I.A. operation began. Mr. Rogers declined to discuss details of the classified program. American officials have not disclosed the amount of the Saudi contribution, which is by far the largest from another nation to the program to arm the rebels against President Bashar al-Assad’s military. But estimates have put the total cost of the arming and training effort at several billion dollars.”

Но это уже современная история. Давайте мы вернёмся чуть назад.
Историки знают, какую роль играли Британцы уже с 18-го века, и каким образом они содействовали приходу к власти династия Сеудов, способствуя союзу между ними и семьёй Ал-Ваххав, с целью обеспечивать дорогу Индии, или ещё, ближе к нам, но с той же геостратегической целью, какие тесные связи Президент Рузвельт с 1945-го года устанавливал с Ваххабитским государством.
Надо ещё помнить роль Британцев в создании Мусульманских Братьев в Египте в 20-е годы. А что такое это Мусульманское Братство, если не подобие исламского масонства, предназначенного для службы или, по крайней мере, для поддержки англо-саксонских интересов во всех тех странах, где оно есть. В тонких играх на равновесие и перевороты, в которых англо-саксоны большие мастеры, я вам предлагаю интересоваться тем, что происходило в Турции в эти последние годы, и где мы наблюдали смену масонского кемалистского государства (даже стоящего в западной стороне, но наверно не достаточно антироссийского) исламским государством, на котором царствуют Исламские Братья.

Существуют документы об этих связах между Британией, Америкой и Мусульманскими Братьями, и разумеется, что во время арабской весны сетями этого исламского братства с Туниса до Сирии через Либию воспользовались  американские и английские спецслужбы.
Короче говоря, несмотря на то, что Ислам действительно в центре «террористического окружения», на мой взгляд он сам не его переносчик, даже не его причина, а просто послушный и манипулироваемый англо-саксонскими  крестными отцами инструмент, и что он включает геополитические, экономические, военные, религиозные и культурные цели, у которых высшая цель – господство над миром теми, кто считает самого себя одним способным им управлять.

Но все эти теракты, эти «цветные революции», эти свержения режимов, являютсся только острыми симптомами другой патологии, ещё тяжелее и более укреплённой в мире, и которую я называю англо-саксонской идеологией.

Если мы не понимаем где корни больших беспорядков, несённых западным мировоззрением, мы в том же положении врака, лечащий только симптомы, а не поняв, что за болезнь. То, что сейчас в Сирии делает Доктор Путин – а мы все осознаем, что ему приходится это делать – это массивное химиотерапическое лечение, чтобы совсем не умер болной.
А мы прекрасно знаем, что метастазы этого случая могут завтра находиться где-нибудь в мире, например в Македонии или в Черногории, на Северном Кавказе или в Молдавии, в Приднестровье или в Осетии.
Давайте попробуем выяснить, как родилась эта англо-саксонская идеология.

Известно, что народы с давних пор воевали, и что завоевания как и нашествия или бойни включают в себе человеческую природу, и нет на свете никакого народа, которого нельзя в этом упрекнуть. Завоевая новые территории или защищая свои, люди воюют с начала времён, и это можно изменить только изменением человеческой природы.
Пусть эта общая правда не помешает нам рассмотреть с остротой исторические и геополитические факты этих последних лет, и наблюдать что у большиства воин, государственных переворотов, кризисов или революций, которые появлялись по всему миру, был англо-саксонский источник. Корейская и Сирийская войны, но ещё Вьетнамская, Иранская, Ангольская, Панамская, Афганская, Иракская, Грузинская, Украинская и много других делаются этим источником. Англосаксонская идеология действительно есть, и надо тогда задать себе вопрос: что такое англосаксонская идеология и откуда она?
Что такое англосаксонская идеология и каким образом она родилась?
По моему мнению, надо вернуться к элизаветенской эре английской монархии, на рубеже 16-17-их веков. Эту эпоху карактеризируют религиозные войны из-за появления протестантизма и, на европейской сцене, из-за столкновений между французской монархией и Габсбургской династией. Население Англии в 1600-ом году насчитывало лишь 4 миллиона жителей, а во Франции – 20 миллионов. Этой демографической слабостью, в сравнении с материковыми силами, в том числе с Францией и габсбургской имрерией, и крайной угрозой попытки нашествия  на Англию непобедимой армадой испанского короля Филиппа Второго наверно являются источник политики, которую с тех пор проводят британская элита (т.е. политику слабого к сильному), значит вызывать разделения и столкновения среди всех потенциальных врагов. Её единственное преимущество – морской флот, и ей придётся его использовать в полной мере, всеми возможными средствами, в том числе и пиратством и торговльей (с эпизода Варягов известно, что оба часто связаны).

На мой взгляд, великая мечта власти и всемирной гегемонии Британцев родилась с возвращением с экспедиции пирата Фрэнциса Дрейка 26-го сентября 1580-го года, когда та часть трофеев, украдённая у испанцев и оставленная за королевой Элизаветой, говорят, сравнилась в полтора раза с ежегодным бюджетом королевства. Чтобы вам было понятно, насколько это огромно, представьте себе олигарха, вернувщегося в Россию, посещав все биржевые площадки на свете, и давая Президенту Путину 3000 миллиардов долларов ради Святой России.
Вроде то же самое произошло в конце 16-го века с последней представительницей династии Тюдоров. Представьте себе какое впечатление произвело среди английских «джентльменов» превращение этого Фрэнциса Дрейка – разночинца, вроде морского мужика – в одного из самых богатых людей в Англии, и даже облагороженного королевой, после того, как он разграбил сокровища испанского королевства. После своих подвигов Фрэнцис Дрейк наверно стал примером, и особенно одного из его множественных поклонников сейчас напомню: Уолтера Рэли (см. ночную школу), потому что он первый человек, насколько я знаю, который осмыслил англосаксонскую гегемонию в мире. В самом деле, этот джентльмен – тоже чуть пират и чуть авантюрист, и которого обезглавили в лондонской башне – до своей смерти успел написать произведение, просто называемое «История мира», и в котором он утверждает: « Властитель морем владеет всемирной торговлей, властитель всемирной торговлей владеет богатством, властитель всемирным богатством владеет самым миром.»

Мне кажется, что именно от этого чрезвычайного пиратского подвига родилось это желание достичь всемирного превосходства благодаря морскому флоту и захвату чужих богатств.
Это желание в англосаксонском мире передавалось из поколения в поколение в течение веков (через два канала, часто связанных: экзотерический канал университета и эзотерический канал масонства), и особенно встречается у Британца Маккиндера фразой «Властитель Европой владеет хартлендом, властитель хартлендом владеет мировым островом, властитель мировым островом владеет миром», которая стала у Американца Спайкмена просто «Властитель римландом владеет Евразией, а властитель Евразией владеет судьбами мира.»

Самое интересное – то, что эти три человека из трёх разных эпох все разделяют общую мечту всевластия над миром. Именно в этом лежит глубокая натура этой англосакской идеологии: она – просто полная гегемония во всех мировых делах, что значит то, что они с обычной надменностью называют глобальным управлением, не что иное, как продолжение Большой Игры, о которой писал Киплинг, фрамасон 19-го века.

И в этой большой игре победить надо большинством великих актёров мировой сцены этот маленький британский народ, население которого 4 века назад насчитывало лишь 4 миллиона жителей, и который распространился по свету псевдоподиями Коммонуэлса и Большой Америки : то, что они сами называют «пять глаз» (Великобритания, США, Австралия, Канада, Новая Зеландия).

Короче говоря, терроризм, возбуждаемый англосаксонами (большими финансами, мафиами, спецслужбами и кругами размышления), и с которым сталкивается мир, является либо оружием для частичной дестабилизации (Уорлд Трейд Сентр, Шарли Эбдо, теракты 13-го ноября в Париже…), созданным с целью шокировать населения и заставлять их принимать глубокие общественные превращения, которые они в обычном контексте не приняли бы, либо оружием полной дестабилизации (Либия, Сирия), созданным с целью вызывать политическое свержение или распад какой-нибудь страны на разные структуры. Такими же методами «умеренного» терроризма можно пользоваться, манипуляцией слабых духом (Андерс Брейвик), чтобы наказать какое-нибудь государство, у которого политические ориентации по мировой политике считаются неправильными. Ясно, что теракты этих последних лет в России принадлежат к этой категории.
Пока матрица англосаксонской идеологии существует, миром будут потрясать эти непрестанные конфликты.

Свободные народы могут противопоставлять англосаксонской идеологии и её фантазии всемирному господству только польную непохожесть. Но на свете уже нет так много свободных народов, а западный рак уже касался множественных регионов мира.
Россия – один из этих пока что свободных народов, способных опрокинуть мир вне англосаксонской гегемонии.

С условием, чтобы она этого хотела!

И для того, чтобы она этого хотела, надо, чтобы у неё развивалось мировоззрение – слово «идеология» ей не особенно нравится – которое сможет быть действительной альтернативой той системе, убивающей народов. Эту альтернативу (консервативную, разумеется) надо высказать, развивать, и предложить миру перспективами, раздельными и противодействующими западному миру, заключённему в своих противоречиях и вредной идеологии.

России приходится найти в самой себе свои собственные ресурсы – и они есть у неё – чтобы перестроиться по её собственным ценностям, повернуться спиной ко всем материализмам, максистским как и либеральным идеям, и вернуть всемогущество денег на своё место. Может быть, пора закрыть окно, открытое Пётром Первым? Россия не опоздала.

Россия есть и это факт, и всё очень просто : она – земля-мать, матрица, земля всех начал.

Но, чтобы получилась эта революция (в этот раз благотворная), надо, чтобы Россия избавилась от отходов западной системы и многочисленных вирусов ей принесённых, называемых некоторыми «пятой колонной».

Я в прошлом году, заезжав в Москву с друзьями перед тем, как отправиться в Донбасс, сильно удивился тому, что на берегах Москвы-реки стоит Уорлд Трейд Сентр! Мировой Торговый Центр? Кому это? Русским, или трейдерам из Уолл Стрит?

И чертовщины западной системы порой скрываются в самых мелких подробностях, в том числе и июридических, например в Конституции.

Возьмём, к примеру, 13-ую статью российской конституции 1993-го года, первый абзац которого утверждает, что «Идеологический плюрализм означает, что в Российской Федерации признается идеологическое многообразие» (а я не уверен, что идеология Навального или Фемен приносят положительные вещи России), а второй абзац, что «никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной» (ч. 1,2 ст. 13 Конституции).

Иначе говоря, Россия не позволяет себе иметь мировоззрение. И когда какая-нибудь страна не позволяет себе иметь мровоззрение, которое было бы СВОИМ личным мировоззрение, это значит, что она волей-неволей будет следовать за преобладающей идеологией. А сейчас преобладающая идеология – всемогущество денег.

Я в глубине своей души кровно считаю,что Россия предназначено играть важнейшую роль в ближайшие годы, чтобы снова принести равновесие в мир. Сложно эту мысль передать, потому что русская душа одновременно интровертирована и скромна, и ей не привычно претендовать на универсальное, по крайней мере на французского или англосаксонского представления универсального.

А всё-таки, Россия уже два раза в своей истории провозглашала свою правду в мире. В первый раз – во имя Священного Союза, когда царь Александр Первый пытался поставить стену против вредных идей Французской Революции. Во второй раз, наоборот, во имя этих самых идей, которые большевики распространяли по русской земле вместе с пролетарским идеалом. Можно понять этот идеал как сопротивление к мещанской идеологии и всемогуществу денег-короля. У Маркса не всё надо выбросить.

Кроме этих коротких периодов русской истории, русский медведь предпочитает оставаться в своём логове и присматривать за своим мёдом, порой ударяя когтей тех, кто слишком близко приблизился.

Но всё-таки, допустим с монахом Филофеем, что Москва – третий Рим с распада Царьграда, и что у неё миссия – обеспечить православную веру, т.е. буквально правильную доктрину: тогда, Москва не может ограничиваться защитой православной веры только на своей территории. Иван Третий своим браком со Зоей Палеолог, которая была племяница последнего царя восточной римской империи, сделал из России наследницу двуглавого орла, символа Гармонии, связующего духовного и мирного. Этот сильный символ, смотрящий одновременно на Запад и Восток, и снова нарисованный на русском гербе, заставляет наследников Владимира Мономаха расширять их взгляд за границами.

Россия 21-го века, сталкивающаясь с этой западной идеологией, у которой корни англосаксонские, и которая сейчас определяется уродливостью, нигиоизмом и отсутствием всякого духовного ориентира, должна предложить на трибуне Объединенных Наций новый Священный Союз, чтобы снова родилась надежда лучшего мира.

Раз Идеология Системы хочет, чтобы исчезли нации и народы, чтобы всё человечество превратилось в безобразную магму лиц, лишенных корней и мозгов, Россия должна провозгласить своё слово во имя всех отечеств, а не только в БРИКСе или в Организации Кооператива Шанхая.

Вы все знаете наизуст последнюю фразу Манифеста Коммунистической Партии : « Пролетарии всех стран соединяйтесь! » Новый лозунг России, избавляющей мир от своих притеснителей, мог бы быть : « Патриоты всех стран соединяйтесь !» Вот чем должно было быть обращение гордой России, избавленной от всех своих комплексов к Западу. Россия способна принести миру гораздо больше, чем только нефть и газ. От своих внутренних ценностей, от своей любви к свободе, от своих бесчисленных мученников, павших против фашизма или большевизма, она получает право, и более того долг, встать с целью избавить мир от англо-саксонского либерализма, который является последним аватаром идеологии минувших веков.

В «Идиоте» Достоевского встречается эта прекрасная фраза : «Красота спасёт мир.»

Достоевский был прав: красота – благодетель, способна спасти мир, противопоставляясь уродливости общества, над которым царствуют деньги. Россия свободна ли сейчас осуществить мечту Князя Мышкина, и ковать свою судьбу могучей страны, противопоставляясь царству Маммона?

Встань, Россия! Свободный мир ждёт твоё слово!

 

Источник: katehon.com

Author: Hassan Khazaal

Share This Post On

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Top

Pin It on Pinterest

Share This

Share This

Share this post with your friends!