Ближневосточный покер. Миражи пустыни


Мир в последние годы нестабилен. Рушатся жизненные приоритеты, сформировавшиеся модели отношений и сосуществования государств с различным общественным строем, теряется уверенность в отношениях, еще вчера казавшихся незыблемыми, и все это не прибавляет уверенности в завтрашнем дне. Ближний Восток – не исключение, а скорее, горячее подтверждение.

Умные дипломаты красиво играют на противоречиях страны, с которой собираются проводить переговоры. Но в последнее время происходит смещение общего фона. Усиливаются противоречия в англосаксонском мире – как между странами, так и внутренние.

Пример – Великобритания, в которой общество после последних парламентских выборов высветило нарастающий кризис власти. Британия продолжает муссировать тему выхода из ЕС, что также может послужить причиной выхода и других государств, тем более, что такие голоса звучат все громче.

Об Америке сейчас вообще лучше промолчать. Избрание Трампа президентом внесло раскол и во властные структуры, и в общество. Не забываем, что и в самой Америке тлеют цетробежные настроения. И в союзниках Англия-Америка – согласья нет.

Трамп, например, по поводу визита в Великобританию, еще до своего турне по городам и весям, то выдвигал непомерные требования, вроде подачи ему королевской кареты, то вообще отказывался говорить на эту тему. Наконец озвучил – в Великобританию он не собирается ехать. До тех пор, пока ее общество не будет готово встретить его.

Возникает вопрос – в качестве кого? И не с этим ли связан невыполнимый райдер Дональда Трампа в виде королевской кареты? И какой концерт предназначен простым наблюдателям? Не зря некоторое время назад в прессе появлялись публикации о том, что Трамп может возглавить британский престол.

Странные дела творятся в разных сторонах света – то тут, то там с завидным постоянством возникают идеи смены монархических династий. Если звезды зажигают — значит, это кому-нибудь нужно… Когда-то королевский-царский трон передавался по наследству. A DEO REX, A REGE LEX — от Бога король, от короля законы. Но из истории мы не раз видели, как при необходимости этот постулат изменялся в угоду замыслам смены власти.

Но речь не об этом. Речь о том, как в мгновенье ока крохотное и неимоверно богатое государство Катар вдруг, как по мановению волшебной палочки, стало страной-изгоем. Против него ощетинились вчерашние союзники и соседи. Что послужило причиной? Одной причиной здесь не обошлось. Как в истории про мост короля Людовика VI. Причин много, итог один.

Существует известное выражение – англичанка гадит… Но то, как гадит Америка, никому и не снилось. Самое интересное, любое свое противоправное действие американцы тут же обставляют целым набором объяснений и требований, над которыми в последние годы смеется весь мир. И почему им кажется, что они умнее всех на планете, и никто не догадается об истинной цели их действий? Или просто прекратили обращать внимание на международное право и в своих поступках стали руководствоваться только своими желаниями? Да, но тем самым они создают прецедентное право, и неизвестно, что лучше – руководствоваться буквой закона, или создавать прецедент. Можно наломать дров, пока история рассудит, кто был прав, кто виноват.

В конце мая прошел саммит «США-страны Персидского залива». И 21 мая Дональд Трамп обвинил катарского руководителя в том, что он финансирует движение «Фронт Фатах аль-Шам» (бывший «Фронт Ан-Нусра») в Сирии. Кроме того, американский президент в угрожающей манере пообещал включить в список террористических организаций движение «Братья-мусульмане», которое поддерживает Доха.

Эмир все понял, и уже на следующий день после встречи с Трампом провел в Дохе совещание со своим штабом по внешней политике и министром иностранных дел, директором коммуникаций Саифом Ахмедом Аль Тани и своим советником палестинцем Азми Бишара. То, что придется разрабатывать ответный ход, было ясно. Также, как и настоящая причина гнева Трампа.

Дело в том, что незадолго до саммита состоялась секретная встреча в Багдаде между министром иностранных дел Катара Мохаммедом бин Абдулрахманом Аль Тани и командующим силами «Аль-Кудс» в составе иранского Корпуса стражей исламской революции (КСИР) Кассемом Сулеймани. После донесения американской разведки Трамп пришел в ярость, но, естественно, не мог напрямую обвинить в этом, поэтому и родилось на свет обвинение в якобы финансировании вышеназванных группировок.

Хм, как будто Вашингтон сам одет в белоснежную тогу. Как у нас говорят – чья бы корова мычала… Добавьте ко всему прочему то, что и Катар, и Иран владеют крупнейшим газовым месторождением, а также то, что мир вступает в эпоху увеличения потребления именно газа, нефть отходит на вторые позиции – и вам станет ясно, что гнев не мог не обрушиться на голову катарского эмира, причем по любому поводу. Как говорится, «ты виноват лишь в том, что хочется мне кушать».

Страны залива, бывшие на саммите, не вступились за Катар. Более того, каждый начал прокручивать в голове идею противостояния, ибо и в самом заливе также накопились противоречия.

Саудовская Аравия делает ставку на Вашингтон. В самом КСА накапливаются политические противоречия, что подвигло короля Салмана начать укрепление влияния ветви Салмана генеалогического древа Аль Сауда. Салман занялся переустройством своего правительства.

Суть переустройства выразилась в закреплении ключевых постов государства за членами своего многочисленного семейства с целью укрепления позиций своего сына, заместителя кронпринца Мохаммеда бин Салмана. Такое положение вещей высвечивает будущий конфликт с кронпринцем Мухаммедом бин Найефом.

Королевским указом Салман отдал пост посла в США принцу Халеду, а пост главы Министерства энергетики, промышленности и минеральных ресурсов другому сыну, принцу Абдулазизу. Назначение братьев заместителя кронпринца Мохаммада бин Салмана на ключевые посты в будущем сможет отодвинуть самого наследного кронпринца Мохаммеда бин Найефа на второй план. А это означает – король принял решение консолидировать власть в руках ветви Салманов.

И хотя Мохаммед бин Салман никогда открыто не оспаривал притязания Найефа на престол, вполне можно ожидать тотальную борьбу за власть, которая может развернуться между ними. Как говорится, вчера – это было вчера, а сегодня – это сегодня. Пока что назначенный после смерти своего отца короля Абдаллы Мохаммед бин Найеф остается кронпринцем, но его уже, как волка, обложили флажками.

Кронпринц Мухаммед бин Найеф возглавляет Совет Безопасности, и при нем была создана система органов безопасности. Но в пику ему король Салман внезапно создает дополнительно новый Центр национальной безопасности, роль советника в котором отдает Мохаммеду бин Салиху. А тот, в свою очередь, тоже тесно завязан на Мохаммеда бин Салмана. В довершение ко всему, король назначает генерал-майора Ахмеда Асири заместителем главы разведки. Теперь даже слепому в королевстве понятно – борьба за власть готовится перерасти в финальную стадию.

Здесь надо учитывать еще тот фактор, что протестные настроения могут возникнуть и со стороны оппозиции. Уровень жизни саудитов ощутимо просел в годы кризиса, отменены льготы, субсидии, уменьшились зарплаты. Королевству не хватает средств вести прежний образ жизни. В этом случае наличие двух систем органов безопасности, возможно, и пойдет на пользу. Если одна из сторон не примет сторону оппозиции.

Оппозиция выступает все громче под так называемым «Движением 21 апреля», требуя восстановления льгот и прежнего уровня социального обеспечения, звучат призывы к общенациональным протестам, отменить IPO Aramco, и даже призывы покончить с конституционной монархией. Все это не может стабилизировать обстановку среди стран залива, да и рынки напрягаются каждый раз, когда звучат тревожные новости из КСА.

К теме вовлечения КСА в процесс противостояния с Катаром мы еще вернемся в конце статьи. А теперь обратим взгляд на другие страны залива, ставшие участниками блокады Катара, и воздержавшиеся от нее.

Как все помнят, инициатором травли выступил Бахрейн. Именно Манама первая расторгла дипломатические отношения с Дохой, выслала послов и поддержала все движения Эр-Рияда, наступившие впоследствии. Неудивительно, зная, что Бахрейн полностью зависит от Эр-Рияда. По сути, это еще одно внешняя область КСА. С Катаром Бахрейн ничего не связывает, начиная еще со времен бедуинских племен, они находятся в зоне стабильной ненависти друг к другу. Бахрейн — не соперник Катару, от неспособности в чем-любо соперничать. А потому, как говорится, не укусить, так потяфкать, случая не упустит.

Затем Бахрейн получил поддержку Саудовской Аравии, к которой присоединились Объединенные Арабские Эмираты.

ОАЭ свое состояние сделали в свое время на нефти. К катарцам у них сложилось пренебрежительное отношение, как к выскочкам. Еще бы! Газа, позволяющего сколотить состояние в мгновение ока, у Эмиратов нет и в помине, а потому их отношение к нуворишам Катара свысока – презрительное. Кроме того, ОАЭ играли в регионе роль главного банкира залива, ровно до тех пор, пока Катар не нарастил мощную прослойку финансового жира.

Кстати, об уровне взаимной приязни катарцев и шейхов ОАЭ говорит тот факт, что сразу после блокады Катар опубликовал компромат именно на эмираты. Так сказать, слил секретную дипломатическую операцию. Телеканал Al Jazeera рассказал о закулисной деятельности ОАЭ в неприглядном по отношению к соседям по Ближнему Востоку свете. Оказалось, что посол ОАЭ в США Юсеф аль-Отайб встречался и вел переговоры с ориентирующимися на Израиль аналитическими центрами, что для ваххабитских монархий считается недопустимым! Это еще не все. Выплыли на свет и сенсационные данные о причастности ОАЭ к попытке переворота в Турции летом 2016 года. Турция вывод сделала.

Клубок взаимных противоречий стран залива и соседей привел к тому, что и Египет встал в ряды тех, кто разорвал дипломатические отношения с Катаром. Что не поделили Египет и Катар? Не зря говорят – как аукнется, так и откликнется. Каир обвинил Доху в том, что их страна была главным спонсором свергнутого режима исламистского президента Мурси и до сих пор не признает нынешнего главу государства Ас-Сиси, обвиняя его в госперевороте. В данном альянсе египтян и саудитов удерживает стремление египтян не лишаться финансовой поддержки саудитов, и им импонирует то, что вся эпопея проходит под лозунгом якобы борьбы с финансированием тех же «братьев-мусульман», к которым у египтян свои счеты.

Ну а присоединившиеся к блокаде Йемен, Ливия, Мальдивы и Маврикий, как говорится, оптом – дешевле будут. Серьезной роли не играют в силу всех событий последних лет. Но для количества сгодятся, вместе и на таран можно пойти.

Из более-менее интересных фигур среди стран залива – стоят Оман и Кувейт. Но они не стали уподобляться стае шакалов, чующих добычу. Несмотря на то, что Кувейт и Оман, наряду с Катаром, КСА, ОАЭ и Бахрейном входят в Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), Оман остался в стороне от процесса блокады Катара. Почему?

Да просто потому, что не разделяет требований КСА, за которыми стоит Вашингтон. Более того, Оман поддерживает тесные связи с Ираном и также считает, что необходим процесс урегулирования отношений на договорной основе.

Интереснее выглядит позиция Кувейта. Государство имеет соседа – раздираемый войнами Ирак, и как распотрошили страну, кувейтцы наблюдали, что называется, онлайн. И то, что гарантом безопасности для них служили саудиты, теперь не играет особой роли. Кувейт понял, что саудиты выступают гарантом ровно до тех пор, пока на это есть благоволение Америки. А поскольку отыграть назад что американцы, что саудиты могут в любой момент, вывод был сделан однозначный – на их гарантии надежды нет. И Кувейт озаботился поиском другого гаранта. Кто им стал – тема отдельной статьи, возможно, вскорости и придется рассматривать этот вопрос. И то, что Кувейт не присоединился в вопросе разрыва дипломатических отношений с Катаром может означать только одно – КСА пошли ва-банк. Но это может закончиться развалом самой Саудовской Аравии, полагающейся на обещания Вашингтона.

Молчит и Иордания, оставаясь над конфликтом, не вмешиваясь в него и не комментируя. Король Абдулла II прекрасно видит, что Саудовская Аравия блефует. Нет у короля Салмана силы его отца, нет. Со своими-то внутренними вопросами сладить не может, а туда же, пошел наводить разборки с соседями. А потому Абдулла II молча пьет зеленый чай и наблюдает, чей труп всплывет первым.

То, что КСА вступило в схватку, ослепнув на оба глаза, в жарких песках видно всем. И не факт, что битва затеяна против Катара. Может, как раз для того, чтобы рухнул колосс саудитов. Что-то там поговаривали о якобы имеющейся договоренности о негласном разделе рынка – как будто бы нефть – американцам, а газ – русским… Какие только миражи не привидятся в опаленных огненным солнцем песках пустыни… Так что лучше понаблюдать, куда пойдет караван верблюдов. А то, что собака лает – так пусть себе лает, караван-то идет…

Катар, Оман, Кувейт, Иордания – закулисно наводят мосты отношений с … Ираном. А если учесть, что так называемую «ядерную сделку» США и Ирана вот так просто не отменить без ущерба для репутации штатов, и санкции против Ирана не ввести без учета позиций России и Китая – становится ясным, что саудитов американцы бросили на прорыв, желая посмотреть, что из этого выйдет, и какую выгоду можно извлечь. Не сдастся Катар – один вопрос, рассыплется КСА – другой. Тогда и решать будут. Кстати, и Европа не особо рвется поддерживать поход саудитов, для нее гораздо интереснее перспектива заключения мощных торговых соглашений с Ираном.

Не будет лишним и сказать, что заместитель администрации президента ИРИ Хамид Абуталеби заявил, что «разрыв дипотношений и закрытие границ не могут привести к урегулированию кризисов на Ближнем Востоке». Тем самым продемонстрировал… совпадение позиций Ирана и США в данном вопросе. Очень и очень любопытная деталь. Странное сближение позиций еще недавно непримиримых врагов, не находите? Не потому ли, что сейчас игра в заливе в самом разгаре? И карты сдает опытный игрок… На кону в новой партии … Иран. Именно Тегерану отводится роль нового центра силы на Ближнем Востоке. Именно так, не больше, не меньше! Будущее уже рядом, увидим.

Вернемся к саудитам. Их противостояние с катарцами тлеет 22 года. Конечно, в нынешнем конфликте борьба с финансированием терроризма выглядит неловко поставленной в углу ширмой. Ибо кто там не без греха в странах залива, особенно, ориентирующихся на США? Просто … нет денег. А ведь несколько лет назад Саудовская Аравия и Катар, казалось, были самыми верными союзниками и даже выступали единым фронтом против Башара Асада, пытаясь сделать Сирию транзитной страной для газовых трубопроводов в Европу. Просто бенефициар в Сирии сменился, и пришлось менять планы, переобуваясь на ходу. Так почему бы не закусить богатым маленьким соседом, если Вашингтон накануне одобрительно кивнул?

Речь идет о гигантских суммах. Экспорт Катара с населением всего в 1 млн человек превысил $ 80 млрд., при этом импорт составляет всего около трети этой суммы. Зато в КСА катастрофически не хватает денег: золотовалютные резервы саудитов за три года сократились с $ 750 млрд. в 2014 году до $ 509 млрд. на сегодняшний день. А чем оплачивать недавно заключенные с Трампом контракты? А как поддерживать социальные расходы? В конце концов, как справиться с дефицитом бюджета на астрономическую сумму в $84 млрд? Добавьте сюда иски американцев к саудитам за события 11 сентября…

Вот тут бы саудовским шейхам присесть, да призадуматься – как так, отчего их главный союзник и гарант допустил такие иски? Что потом потребуют в обмен на появление таких звездных цифр в исках? Но нет…

А зря! Это, по сути, был первый звоночек, что пристяжных решено менять на переправе. И ставку американцы сделают совсем на другую фигуру. Да и не одни американцы решают, торг идет такой, что у дипломатов подошвы дымятся. И кто удачнее блефует в восточном покере, покажет ближайшее, с точки зрения истории, будущее.

 

Источник: Cont.ws (КОНТ)

comments powered by HyperComments

Author: Hassan Khazaal

Share This Post On
Top

Pin It on Pinterest

Share This

Share This

Share this post with your friends!