Reuters, Великобритания: Удивительная наглость требований Путина о компенсациях


Российский президент Владимир Путин (в центре) председательствует на заседании Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам в государственной резиденции Ново-Огарево рядом с Москвой, Россия, 21 сентября 2016 г. «Спутник»/Кремль/Алексей Дружинин через «Рейтер»

Типичный политический рецепт отношений Вашингтона с Россией является ситуативным: согласиться не соглашаться по определенным вопросам, но пытаться найти области, в которых сотрудничество возможно.

Области, в которых обе страны могут сотрудничать, однако, значительно уменьшились в последнюю неделю.

Соединенные Штаты потребовали 7 октября расследования военных преступлений России из-за воздушных ударов в Сирии, особенно в Алеппо. Вашингтон также официально обвинил поддерживаемых российским государством хакеров в прямом вмешательстве в президентские выборы в США.

В ответ на это российский президент Владимир Путин не только вышел из соглашения 2000 года о переработке плутония, он фактически предъявил Вашингтону счет, который должен быть оплачен, прежде чем он возобновит сотрудничество на своих условиях.

Путин представил это требование в предложенном законопроекте о приостановке соглашения, который включал также подробный список недружественных действий Вашингтона против России. Он, например, призвал отменить список Магнитского, который наказывает конкретных российских чиновников за смерть адвоката Сергея Магнитского, пока он находился под стражей, и всю программу санкций США.

Путин даже пошел дальше: он потребовал компенсации за неподсчитанный количественно ущерб от текущих американских санкций, а также от продовольственных контрсанкций, которые Россия ввела сама.

Одним логическим выводом здесь является то, что реального диалога между двумя странами в ближайшее время не будет.

Путин также ответил этим на постоянный вопрос о том, работают ли санкции: работают. И Москва, по-видимому, ведет учет всего ущерба.

Хотя Кремль не проявляет признаков отступления, остается не ясным, сможет ли испытывающая трудности экономика поддержать его глобальные притязания. Вторжение Москвы в 2014 году в восточную Украину вызвало крупный экономический спад. Экономисты тщетно ищут с тех пор признаки восстановления экономики.

Низкая цена на нефть часто изображается главной причиной экономического упадка России. Но российская Федеральная антимонопольная служба обнародовала недавно поразительные цифры, высвечивающие затруднительное экономическое положение страны. Доля государства в экономике — включая контролируемые государством компании — достигла ошеломительных 70 процентов. Она фактически удвоилась за последнее десятилетие.

Антимонопольная служба охарактеризовала российскую экономику как «капитализм государственных монополий», что означает, что настоящей конкуренции не существует.

И как будто подтверждая этот диагноз, российский контролируемый государством нефтяной гигант «Роснефть» оказался победителем в менее-чем-прозрачной приватизации нефтяной компании «Башнефть», недавно заново приватизированной государственной компании. Только в России сделка между двумя контролируемыми государством компаниями могла быть названа приватизацией.

Однако государству нужны деньги, даже если это означает перекладывание денег из одного кармана правительства в другой. Предложенный бюджет на 2017-2019 гг. подтверждает, что еще больше сокращений не за горами, чтобы снизить дефицит государственного бюджета. Даже ранее неприкосновенным декретам Путина от мая 2012 года о социальных расходах грозят значительные урезания. Только военные, судя по всему, защищены пока от драконовских сокращений.

На сегодняшний день Кремль, по-видимому, доволен своей ролью глобального фактора подрыва устоявшегося порядка. И одно это уже вредит американо-российским отношениям на долгие годы вперед.

Однако оплачивание российских военных авантюр — это не то же самое, что создание длительного или положительного присутствия в тех регионах, где действует Москва. Никто не рассматривает возможность того, например, что русские появятся с деньгами, чтобы восстановить сильно разбитый Алеппо, когда там закончится осада.

Аналогичным образом, Россия не проявляет никакого намерения заняться проблемами инфраструктуры и управления в восточной Украине. Вместо этого лидеры повстанцев занимаются внутренними чистками (вкупе с убийствами), чтобы получить контроль над различными операциями черного рынка и контрабанды.

Попытки разделить две воюющие стороны в регионе продолжаются. Однако долгосрочной целью Кремля остается сохранение контроля над Луганском и Донецком в децентрализованной Украине. Это не только даст России косвенное вето в отношении внутренней украинской политики, но и оставит Украину со счетом на восстановление региона. Даже поиск экономических ресурсов для поддержки Крыма выглядит непосильной задачей. Проект моста между Крымом и материковой Россией в буквальном смысле задерживается из-за отсутствия платежей. Крым также стал свидетелем знаменитого ответа российского премьер-министра Дмитрия Медведева на жалобу пожилой женщины о сокращающихся пенсиях: «Денег нет. Но вы держитесь!».

Проверкой для следующей администрации США станет принуждение России ответить за ее экономический выбор.

Диалог должен продолжаться. Вашингтон должен понять, однако, что Путин больше заинтересован в процессе переговоров — что придает ему авторитет внутри страны — чем в настоящем достижении окончательного результата.

Но если игнорирование России не является решением, то им не является и помощь в виде снятия санкций и нового открытия доступа Москве на западные финансовые рынки. Путин сделал выбор в пользу следования по пути государственного капитализма, тем самым отказавшись от глобальной интеграции, экономической эффективности, инноваций и конкурентоспособности как реалистичных целей.

Он, возможно, верит, что его стратегия необходима для его политического выживания, но это не является планом для устойчивого экономического роста. Более того, ряды российского среднего класса поредели на 14 миллионов человек во время экономического спада.

Финансовые требования Путина, сопровождающие выход России из соглашения о плутонии, не были помутнением рассудка. Россия хочет быть великой державой. И Кремль хочет, чтобы кто-то другой заплатил за это.

Вашингтону и его европейским союзникам не следует испытывать угрызения совести при оплате счета за серьезные экономические просчеты Путина.

Об авторе
Уильям Е. Померанц является заместителем директора Института Кеннана при Международном центре поддержки ученых им. Вудро Вильсона в Вашингтоне. Взгляды, изложенные в этой статье, не являются взглядами «Рейтерс Ньюс».

Источник: Perevodika.ru
Автор: Уильям Е. Померанц

Author: Hassan Khazaal

Share This Post On

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Top

Pin It on Pinterest

Share This

Share This

Share this post with your friends!